Утром накануне дуэли в квартиру госпожи Андрэ де Шамери позвонил пожилой человек, в очках, одетый в изношенное платье, с портфелем под мышкой.

— Госпожа Шамери дома? — спросил он маленького грума, отворившего ему дверь. — Моя фамилия Росиньоль.

— Пожалуйте, мне приказано провести вас прямо к барышне.

Грум провел Росиньоля в гостиную, где он просидел минуты две.

Затем горничная провела его в спальню, обтянутую синим бархатом с золотыми багетами и меблированную с изысканною роскошью.

На кровати сидела Андрэ де Шамери, закутанная в соболью шубку. Она указала вошедшему на кресло, стоявшее возле изголовья.

— Не принимать никого, — сказала она горничной, — а если приедет барон, то проси его подождать. Можешь идти.

— Теперь мы с вами потолкуем, — обратилась она к Росиньолю по уходе горничной.

— Як вашим услугам, — отвечал он, поклонившись. — Судя по вашей записке, вы хотите мне поручить важные дела.

— Господин Росиньоль, — проговорила Андрэ, — вы состоите начальником агентства взысканий, перекупки сомнительных долговых обязательств и проигранных процессов, не правда ли?

— То есть я директор Страхового и судебного общества обеспечения проигрышей денежных претензий, — поправил Росиньоль с важностью.

— Положим, но я имею дело не к обществу, а лично к вам.

— — Ко мне?

— Вы ведь из Блоа, не правда ли?

Росиньоль вздрогнул.

— Вы служили там у Корбона, нотариуса семейства де Шамери?

— Вы не ошибаетесь, отвечал Росиньоль, немного смешавшись.

— Он уволил вас за некоторые проделки, кажется, после смерти вдовы де Шамери.

— Вашей матери, — добавил он.

— Да. Приехав в Париж, вы начали заниматься всевозможного рода делами, меняли несколько раз фамилии и были не раз под судом…

— Милостивая государыня!..

— Но, в конце концов, как человек неглупый, вы сумели выпутаться, и господин Росиньоль. некогда Жюль Малуэн, сделался в глазах правосудия безукоризненным человеком, известным своею способностью развязывать запутанные дела.